В разгар Второй мировой, когда Франция оказалась под немецкой оккупацией, на её территории действовало особое подразделение. Состояло оно из американских военнослужащих еврейского происхождения. Их методы великой жестокостью не отличались от ужасов, которые они стремились остановить. Нацистские патрули и гарнизоны начали испытывать настоящий страх, столкнувшись с этой мобильной и беспощадной группой.
Они не просто уничтожали врага в бою. После столкновений оккупантов часто находили убитыми с характерными отметинами — скальпы снимались с голов павших. Это был не просто акт мести, а продуманный психологический удар. Жестокий символизм этих действий сеял панику среди немецких рядов, подрывая миф об их непобедимости и вселяя ужас перед невидимым противником.
Операции проводились скрытно, часто под покровом ночи или в глухих сельских районах. Бойцы прекрасно знали местность, пользуясь поддержкой отдельных ячеек Сопротивления. Их целью были не только солдаты вермахта, но и объекты инфраструктуры, а также особо рьяные коллаборационисты. Каждая успешная акция становилась легендой среди местных жителей, проблеском надежды в кромешной тьме оккупации.
Командование нацистов было в ярости от таких дерзких вылазок. На поимку "мстителей", как их называли, бросались значительные силы, проводились облавы и карательные операции против мирных деревень, заподозренных в укрывательстве. Но группа, словно тень, растворялась в лесах, чтобы вновь появиться в самом неожиданном месте. Их тактика партизанской войны, смешанная с демонстративной жестокостью, оказалась невероятно эффективной для подрыва морального духа врага.
История этого отряда — это история личной мести, превращённой в оружие. Каждый боец видел в лицах нацистов не просто вражеских солдат, а непосредственных участников уничтожения своего народа. Это придавало их действиям фанатичную решимость. Их война шла не только за освобождение Франции, но и за возмездие, которое, по их мнению, не могло дождаться окончания основных боевых действий. Они принесли свою жестокую справедливость прямо в сердце оккупированной Европы.
